"Юридическая и правовая работа в страховании", 2012, N 2

 

Статья: Договор ОСАГО: правовые проблемы и эффективные решения (Дедиков С.В.) ("Юридическая и правовая работа в страховании", 2012, N 2) {КонсультантПлюс}

Договоры ОСАГО и талоны техосмотра

 

Последние поправки в Федеральный закон от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) установили правило, в соответствии с которым договор обязательного страхования может быть заключен только при наличии талона технического осмотра (далее - ТО) (пп. "е" п. 3 ст. 15).

Одновременно в п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО включен абз. 8, где сказано, что страховщик имеет право регрессного требования к причинителю вреда, если на момент наступления страхового случая истек срок действия талона технического осмотра или талона о прохождении государственного технического осмотра легкового такси, автобуса или грузового автомобиля, предназначенного и оборудованного для перевозок людей, с числом мест для сидения более чем восемь (кроме места для водителя), специализированного транспортного средства, предназначенного и оборудованного для перевозок опасных грузов.

В силу п. 6.1 ст. 15 Закона об ОСАГО предъявление при заключении договора обязательного страхования талона ТО или талона о прохождении государственного технического осмотра транспортного средства, срок действия которых истекает более чем за шесть месяцев до окончания предполагаемого срока действия заключаемого договора обязательного страхования, является основанием для отказа в заключении договора обязательного страхования.

Едва начали действовать эти нормы, как сразу же разразился скандал. Талоны ТО начали продаваться без проведения оператором реального исследования состояния транспортного средства, и, кроме того, стали реализовываться схемы оформления полисов обязательного страхования под обещание, что автовладелец пройдет-таки техосмотр. Федеральная служба по финансовым рынкам выдала предписания об устранении допущенных нарушений, органы прокуратуры отдельных регионов даже стали возбуждать уголовные дела по признакам мошенничества в отношении сотрудников страховщика. Есть уже и решение суда о применении последствий недействительности ничтожных сделок в отношении договора ОСАГО, заключенного без проведения техосмотра указанного в нем транспортного средства.

Примечание. Уже первые недели действия новых норм Закона об ОСАГО об увязке заключения договоров обязательного страхования с наличием у страхователя талона техосмотра ознаменовались громким скандалом и показали неэффективность данных норм.

Чтобы выполнить предписание ФСФР, страховщику лучше всего было бы договориться со страхователями о расторжении соответствующих договоров обязательного страхования и заключить новые уже после того, как автомашины пройдут ТО. Но страхователи не обязаны соглашаться на прекращение страховой сделки, ведь в законе такого основания для расторжения договора страхования не предусмотрено.

Да и путь применения последствий недействительности ничтожной сделки (абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ) тоже не бесспорен. Нормы Закона об ОСАГО в части увязки совершения страховой сделки с наличием талона ТО противоречат п. 1 ст. 426 ГК РФ. Как известно, договор ОСАГО является публичным договором, а согласно п. 1 ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный коммерческой организацией и устанавливающий ее обязанности по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, которые такая организация по характеру своей деятельности должна осуществлять в отношении каждого, кто к ней обратится.

Отказ коммерческой организации от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы не допускается (п. 3 ст. 426 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 3 ГК РФ нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать положениям ГК РФ. Следовательно, другие федеральные законы, в том числе и Закон об ОСАГО, не могут вводить ограничения в части заключения публичных договоров.

Можно ли рассматривать тот факт, что у автовладельца на момент обращения к страховщику по поводу заключения договора обязательного страхования нет талона ТО, как отсутствие у страховщика возможности предоставить потребителю услугу в виде обязательного страхования? Судя по формулировке анализируемой нормы, в ней все-таки речь идет об обстоятельствах, связанных с самой коммерческой организацией, а не с потребителем.

Подобной патовой ситуации можно было бы избежать, если бы одновременно с внесением поправок в Закон об ОСАГО в п. 3 ст. 426 ГК РФ было внесено дополнение, согласно которому основания для отказа в заключении публичного договора могут быть установлены федеральным законом.

Примечание. Статья 426 ГК РФ не предусматривает возможности отказа коммерческой организации от заключения публичного договора по таким основаниям, как отсутствие у потребителя тех или иных документов.

В Государственную Думу уже внесен законопроект о разделении ОСАГО и ТО и предоставлении страховщикам права регрессного требования к причинителям вреда, если на момент наступления страхового случая у причинителя вреда отсутствовал талон техосмотра.

Идея о регрессе не может не вызывать самых серьезных возражений. Практически предлагается во много раз увеличить штраф за управление транспортным средством без прохождения техосмотра. Напомним, что еще совсем недавно за это полагался административный штраф в размере от 500 до 800 руб. (прежняя редакция ст. 12.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях). В случае регресса автовладелец, по существу, за то же самое нарушение будет платить деньги в размере выплаченного страховщиком страхового возмещения. В соответствии со ст. 7 Закона об ОСАГО это может быть и 120, и 160 тыс. руб., а то и больше.

Вряд ли допустимо последствия промахов государства перекладывать на граждан и юридических лиц. В этой части следовало бы вернуться к ранее существовавшим административным штрафам.

 

Неустойка за просрочку выплаты страхового возмещения

 

В части взыскания неустойки существуют три проблемы.

Одной из них остается неопределенность базы расчета размера неустойки в случае просрочки выплаты страхового возмещения.

Согласно п. 2 ст. 13 Закона об ОСАГО страховщик должен принять решение по заявлению потерпевшего о страховой выплате в течение 30 дней со дня получения полного комплекта документов и, если событие имеет все признаки страхового случая, произвести страховую выплату потерпевшему. Если принято решение об отказе в выплате страхового возмещения, то страховщик обязан направить заявителю мотивированное письмо.

При неисполнении данной обязанности страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одной семьдесят пятой ставки рефинансирования Центрального банка РФ, действующей на день, когда страховщик должен был исполнить эту обязанность, от установленной ст. 7 Закона об ОСАГО страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему.

Сумма неустойки (пени), подлежащей выплате потерпевшему, не может превышать размер страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему, установленной ст. 7 указанного Закона.

На практике возник вопрос: должен ли размер неустойки всегда определяться в зависимости от страховой суммы или от величины задолженности страховщика по выплате страхового возмещения, но в пределах страховой суммы?

Суды довольно быстро определились в этом вопросе. Одни из них, ограниченно истолковав норму п. 2 ст. 13 Закона об ОСАГО, исчисляют величину неустойки от размера неисполненного обязательства. Так, об этом прямо сказано в Решении Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.07.2009 по делу N А56-27182/2009 и Постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.11.2009 по этому же делу.

Другие суды стали взыскивать неустойку при просрочке страховщиком выплаты страхового возмещения в размере, который меньше, чем размер неустойки, подлежащей взысканию, если рассчитывать его от величины страховой суммы, но за счет применения ст. 333 ГК РФ, позволяющей суду при явной несоразмерности величины неустойки наступившим последствиям уменьшать ее размер. В качестве примеров, в частности, сошлемся на Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2011 N 09АП-31729/2011 по гражданскому делу N А40-76280/11-142-660 и от 18.01.2012 N 09АП-34092/2011-ГК по гражданскому делу N А40-89178/10-46-770.

Совсем недавно одно из территориальных управлений страхового надзора дало предписание страховой компании о нарушении страхового законодательства, когда страховщик добровольно уплатил неустойку исходя из величины подлежащего выплате страхового возмещения, которая была ниже размера страховой суммы.

В связи с этим есть необходимость более обстоятельно разобраться в данном вопросе.

М.А. Данилочкина и Р.К. Савинский по этому поводу пишут следующее: "...статья 13 Закона об ОСАГО указывает на то, что размер пеней исчисляется исходя не из размера неисполненного обязательства, а из определенной Законом об ОСАГО страховой суммы по виду возмещения вреда. Представляется, что законодатель ввел подобное положение, увеличивающее ответственность страховщиков по сравнению с общеприменимой практикой, с целью предотвратить неисполнение страховщиками предусмотренных законом обязательств". Правда, далее они высказались в пользу того, чтобы в период экономического кризиса все-таки применялся традиционный вариант расчета размера неустойки, то есть от величины просроченного долга (Данилочкина М.А., Савинский Р.К. Взыскание неустойки за просрочку исполнения обязательств по Закону об ОСАГО // Юридическая и правовая работа в страховании. 2009. N 4.).

Неустойка (штраф, пеня) представляет собой специальный вид гражданско-правовой ответственности, применяемый по указанию закона или на основании условий договора. Традиционно размер пени, когда он установлен в процентах, рассчитывается от величины долга за весь период просрочки. На самом деле это вообще единственно правомерный вариант, потому что неустойка, будучи мерой ответственности, должна быть соразмерной степени вины и наступившим негативным последствиям. Это общий конституционный принцип любого наказания, к числу которых относятся и виды гражданско-правовой ответственности.

Следует подчеркнуть, что и в п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 N 263-О указано, что положения ст. 333 ГК РФ содержат не право, а обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Если за базу расчета неустойки принимать не размер долга, а некую нормативную величину, то принцип соразмерности наказания тяжести правонарушения будет нарушен, что недопустимо. Так, одинаковую неустойку придется заплатить страховщику, который задержал выплату страхового возмещения в размере 20 тыс. руб., и страховщику, просрочившему выплату в размере 120 тыс. руб., хотя очевидно, что последствия для потерпевших здесь могут быть принципиально разными - например, в первом случае не будет оперативно отремонтирован помятый бампер, а во втором случае потерпевший не сможет приступить к ремонту автомашины, которая из-за повреждений вообще не может эксплуатироваться без ремонта.

Таким образом, именно метод определения размера неустойки в зависимости от величины долга, а не от абстрактной страховой суммы соответствует конституционным положениям и правовой природе данного института.

Неустойка подлежит уплате и за время просрочки исполнения вступившего в силу решения суда, так как она должна уплачиваться за все время просрочки исполнения страховщиком обязательства по выплате страхового возмещения до момента фактического перечисления денег (см. Определение ВАС РФ от 06.05.2011 N ВАС-5925/11 "Об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации").

Вторая серьезная проблема, которая существует в части взыскания неустойки в рамках отношений по ОСАГО, - это возможность предъявления требования об уплате неустойки страховщиком по полису страхования каско транспортного средства потерпевшего к страховщику по договору обязательного страхования причинителя вреда.

Судебная практика в данном вопросе носит достаточно противоречивый характер. Одни суды, исходя либо из того, что неустойка не может входить в состав суброгационного требования, поскольку оно в силу п. 1 ст. 965 ГК РФ ограничено исключительно размером выплаченного страховщиком возмещения, либо из того, что Закон об ОСАГО предусматривает возможность начисления неустойки (пени) только по требованию непосредственно потерпевшего к страховщику, а начисление неустойки по требованию страховых компаний друг к другу не предусмотрено, отказывают во взыскании неустойки с одного страховщика в пользу другого. К примеру, об этом говорилось в Решении Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.07.2009 по делу N А56-30333/2009, а также в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2011 N 09АП-1904/2011-АК по делу N А40-124552/10-138-969.

Другие суды все-таки признают правомерность взыскания неустойки по суброгационным требованиям, которые страховщик, выплативший потерпевшему страховое возмещение по договору страхования каско транспортных средств, предъявляет к страховщику по договору ОСАГО причинителя вреда. Так, в Постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 16.11.2009 по делу N А56-30333/2009 указано: "В силу статьи 387 ГК РФ при суброгации права кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая, переходят к страховщику в силу закона. При этом при суброгации не возникает нового обязательства, а заменяется только кредитор (потерпевший) в уже существующем обязательстве. Поэтому право требования, перешедшее к страховщику в порядке суброгации, осуществляется с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (п. 2 ст. 965 ГК РФ).

Поскольку в данном случае лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного потерпевшему в результате ДТП, является в соответствии со ст. 13 Федерального закона N 40-ФЗ ЗАО "СК "М...", названное общество обязано с соблюдением правил, установленных в этом Законе, осуществить страховые выплаты новому кредитору (потерпевшему), а при неисполнении данной обязанности - уплатить неустойку в предусмотренном Законом размере".

Данные доводы суда являются совершенно верными. Страховщик по договору страхования каско транспортного средства, выплативший страховое возмещение, в силу п. 1 ст. 965 ГК РФ встает на место кредитора в деликтном обязательстве и поэтому имеет все права, которыми в таком обязательстве обладал потерпевший. Это в полной мере относится и к дополнительным правам такого лица, закрепленным в законе. Требование об уплате неустойки в этом случае предъявляется не в рамках суброгации, а параллельно с ней, поэтому никакого нарушения положений п. 1 ст. 965 ГК РФ в части размера суброгационного требования здесь нет. Такая же практика сложилась в отношении просрочки компенсационных выплат РСА.

Тема правовых проблем, существующих в системе обязательного страхования, заслуживает того, чтобы всегда быть одной из самых актуальных, поскольку все эти проблемы затрагивают широчайшие слои нашего общества, и их неустранение в оперативном порядке означает нарушение прав и законных интересов миллионов граждан и сотен тысяч юридических лиц.

 

С.В.Дедиков

Главный редактор журнала

"Юридическая и правовая работа

в страховании"